Концерт Эдуарда Оганесяна таил в себе интригу и интерес: пожалуй, впервые во Львове в одном концерте должно было прозвучать исключительно и так много органных транскрипций известных симфонических произведений. Интересно, как удастся исполнителю справиться с симфонической регистровкой органа, передать окрас разнообразных инструментов?
Эдуард Оганесян известен, как один из лучших исполнителей транскрипций. Многие из них он сделал сам. Органист с армянскими корнями, родившийся на Украине, в Днепропетровске, и проведший там первые 15 лет своей жизни, он получил пианистическое и органное образование в Московской консерватории (по классу органа у самого Л. Ройзмана!), позднее он «осел» во Франции, однако сохраняет тесные связи с республиками бывшей Родины.
Игру Э.Оганесяна отличает богатая регистровка, которая потребовала во время львовского концерта участия двух ассистентов справа и слева от органиста. Зато звучание получилось могучее, насыщенное и инструментально разнообразное. Органист, превосходно владеющий как пианистической, так и органной техникой, вынужден был продемонстрировать исключительную виртуозность, чтобы достичь симфонического эффекта. Плавные переходы от педали к мануалам, мягкая пальцевая атака при четком начале звука позволили органисту достичь прекрасной и интересной имитации, хотя понятно было, что заменить симфонический оркестр органом невозможно. Пожалуй, впервые в концерте не было слышно характерного для львовского большого органа паразитного постукивания механизмов клапанов и электромеханических реле при нажатии клавиши. Это говорило о совершенно отличной от других пальцевой атаке.
В целом, концерт Э.Огенесяна показал, что при наличии должного таланта и мастерства репертуар органа можно значительно расширять, а для публики подобные слуховые эксперименты интересны и привлекательны.
Во всех отношениях — и разнообразный концерт, и многогранная личность самого исполнителя — вызвали значительный энтузиазм публики: органиста приветствовали стоя, вынудив играть «на бис». И здесь Э. Оганесян неожиданно для слушателей исполнил произведение — «Адажио» Б. Марчелло — также переложение для органа, но редкой задушевности и теплоты, показав нераскрытые слушателям свои другие возможности. А сколько их осталось за кадром, то есть за концертом — остается только гадать.
Во всяком случае, этот необычный концерт открыл львовянам не только неизвестное им имя, но показал неисчерпаемые возможности львовского органа, виртуозность и другие таланты исполнителя. После концерта органист признался, что нашел во Львове прекрасный инструмент, однако, по его мнению, орган требует модернизации, чтобы его возможности можно было использовать в большей степени.